— Спокойной ночи, — повторила Мези и закрыла окно.

Пинто злобно выругался.

— Пойдемте к «Полковнику», — сказал Кью.

…Ден Боундри ждал их, расхаживая по кабинету из угла в угол.

— Ну? — буркнул он.

— Она дома.

— Что она сказала?

— Что ничего не знает об отце.

— И все?

— Все.

— Немногого же вы достигли!

— А вы? — спросил Пинто.

— А я, пока вы гуляли по улицам, догадался, кто такой «Трефовый Валет»!

— Кто же это?

«Полковник» сунул руки в карманы с нова зашагал по комнате.

— «Трефовый валет» знает о нас все. Он знал даже о том, что к нам придет этот дважды женатый болван. Значит, «Трефовый Валет» — один из наших!

— Ерунда! Скажите еще, что Валет — я! — фыркнул Пинто.

— Или я, — поддержал его Кью.

— Или Соломон Уайт, — сказал Боундри.

— Не может быть!

— Почему? Вспомните: этот черный тип стал появляться после того, как Сол решил нас покинуть. Видели ли вы Валета и Соломона одновременно?

— Ни разу.

— И я не видел.

— Так что под маской скрывается Сол Уайт! Если, конечно, вы не станете утверждать, что это Кокс Грегори потешается над нами, заходя в гости с того света.

Пинто поежился:

— Не поминайте мертвых ночью, «Полковник»!

— А вы что, причастны к его смерти? — съязвил Ден Боундри. — Кокс Грегори для нас — символ денег и свободы, потому что его гибель — это предупреждение всякому предателю, который появится среди нас. Так что он умер… очень кстати. К тому же наркоман всегда опасен: набравшись своего зелья, он начинает болтать лишнее. Когда Кокс перешел в этом все границы…

— Тсс! — зашипел вдруг Кью.

Все притихли.

За дверью послышался шорох.

Кью тихо, одними губами, прошептал:

— «Трефовый Валет»!

Ден и Пинто вздрогнули.

«Полковник» вытащил пистолет.